- Где, где? - Калмыков заинтересованно наклонился.

Геннадий тоже подался вперед.

Майор повел рукой по карте.

- Вот здесь, видите, городской парк. Тут он кончается, дальше карьер, а затем роща. Собственно, это не роща, а часть леса, но от самого леса она отделена Дорогой.

- А это что? - спросил Геннадий, выворачивая шею.

- Фабрика.

- Ага! Фабрика! Я так и знал!

- От рощи до фабрики четыре километра, - сказал майор. - Причем в этом промежутке ни одного случая заболевания.

Калмыков задумчиво произнес:

- Вы хотите сказать, что токсический источник находится в роще?

- Я привык думать точно, - майор поднял бровь. - Цифры, факты. Те данные, которыми мы располагаем, указывают на рощу. Правда, повторяю, это всего лишь в половине случаев. Многих, особенно поступивших в последнее время, мы опросить не смогли.

- И все-таки фабрика! - Геннадий ударил кулаком по столу. - Голову даю! Проверить фабрику сверху донизу!

- Не суетись, - сказал Калмыков и повернулся к майору. - Что вы предлагаете?

- Осмотреть на месте. Выехать мы можем через час. Машину я обеспечу.

С пустынного шоссе после санитарного кордона они свернули на проселочную дорогу. Скорость сразу упала. Их бросало друг на друга. Машина еле ползла. Несколько раз Геннадий пытался завести разговор, но его никто не поддерживал.

У Калмыкова после бессонной ночи болела голова, а майор молча смотрел вперед - щурился.

Солнце взошло на треть и висело над дорогой - большое, жаркое. Начинало припекать. От сырой земли, от непросохшего грунта поднимались испарения. Сквозь гул мотора доносились слабые голоса птиц.

По дощатому мостику машина переехала карьер и остановилась.

- Здесь, - сказал майор.

Все посмотрели на него.

- Я думаю так, Юрий Алексеевич. Пойдем вместе. Сержант тоже. В лесу не расходиться, не отдаляться друг от друга - быть в пределах видимости.